Когда Паразиты впервые появились в печати, их едкая сатира нашла отклик у американских читателей, которые navigировали в меняющемся социальном ландшафте Эпохи позолоты. Чарльз Дана Гибсон, знаменитый своей иконой "Гибсон-Гёрл", редко щадил верхний слой общества от своего острого пера, и это произведение не стало исключением. Изображение быстро распространилось в журналах, вызвав обсуждение о новом поколении социальных взлетчиков и приспособленцев, заполняющих модные гостиные.

Хотя точная дата и средство остаются неопределенными, влияние работы очевидно: она дистиллировала широко распространенный страх о богатстве, безделье и подлинности в обществе на рубеже веков. В центре Паразитов группа избыточно одетых мужчин и женщин собирается вокруг одной уверенной в себе фигуры — часто интерпретируемой как символ "Гибсон-Гёрл". Их нетерпеливые, почти отчаянные лица наклоняются внутрь, руки протянуты или цепляются за ее внимание, в то время как она смотрит на них с холодным безразличием. Четкие линии пера Гибсона преувеличивают черты подхалимов, делая их одновременно комичными и слегка угрожающими, их позы отзываются на зависимость, подразумеваемую в названии.

Переполненный передний план и пустой фон композиции усиливают чувство социальной клаустрофобии, что напоминает сатирические литографии Оноре Дома, хотя прикосновение Гибсона легче и более утонченно. Как и многие работы Гибсона, Паразиты вероятно были созданы для массового воспроизводства в периодических изданиях, а не как уникальный объект для частного покровителя. Их путь больше связан с культурным резонансом, чем с физическим движением, так как они были вырезаны, собраны и перепечатаны в бесчисленных домах и альбомах. Сегодня оригинальные отпечатки и репродукции можно найти как в частных коллекциях, так и в учреждениях, сосредоточенных на американской иллюстрации.

Паразиты являются ключевым примером социальной критики Гибсона, отмечая его переход от хроникера модной жизни к ироничному критику ее излишеств.