Немногие работы Микеланджело вызвали столько научных споров, как Юдифь и Холоферн, созданная в 1508 году, чья техника до сих пор остается неопределенной. Хотя большинство его сохранившихся произведений — это монументальные фрески или мраморные скульптуры, это загадочное произведение выделяется, окутанное вопросами о своих истоках и предполагаемом предназначении. Некоторые предполагают, что оно было задумано как модель для более крупного проекта, в то время как другие рассматривают его как независимый эксперимент в ключевой год, когда Микеланджело также начинал работу над потолком Сикстинской капеллы.

Его атрибуция была предметом ожесточенных дискуссий, отчасти потому, что сохранилось так мало панельных картин Микеланджело, и потому что тема — победа Юдифи над Холоферном — редко им затрагивалась. Сюжет разворачивается в самый драматичный момент: Юдифь, вдова из Ветулии, проникла в ассирийский лагерь и одним ударом отрубила голову генералу Холоферну, чтобы спасти свой народ. Микеланджело запечатлел ее в момент после, меч все еще сжат в ее руке, взгляд твердый и непоколебимый.

Отрубленная голова, тяжелая и безжизненная, покоится на ткани, в то время как левая рука Юдифи жестом указывает наружу, как будто приглашая зрителя стать свидетелем ее акта мужества. Игра света изолирует Юдифь на фоне теней, усиливая ощущение моральной ясности и решимости. В отличие от более кровавого подхода к теме Караваджо, Микеланджело акцентирует внимание на психологическом напряжении, а не на насилии, сосредотачиваясь на решимости Юдифи, а не на самой жестокости.

Ранняя история картины остается неясной; ни один современный документ не фиксирует ее заказ или первоначального владельца, и она не появляется в инвентарях крупных флорентийских или римских коллекций того времени. Некоторые считают, что она могла быть создана для частного покровителя как символ гражданской добродетели, популярная интерпретация Юдифи в Италии эпохи Ренессанса. На протяжении веков атрибуция работы менялась, иногда ее приписывали кругу или последователям Микеланджело, прежде чем технический анализ в двадцатом веке возобновил дело о его собственном авторстве.

Сегодня Юдифь и Холоферн признается редким примером исследования художником нарративной живописи, предлагая взгляд на его подход к повествованию и характеру в критический момент его карьеры.