Когда Похищение эвтаназированного Ринальдо покинуло студию Никола Пуссена в 1637 году, оно сразу же вызвало недоумение у первых зрителей — никогда прежде рыцарский герой Ринальдо не был изображен в момент своей смерти, не говоря уже о его похищении сверхъестественными силами. Заказ на картину окутан некоторой неопределенностью, но записи свидетельствуют о том, что она предназначалась для ученого римского коллекционера, увлеченного как эпической поэмой Торквато Тассо, так и философскими вопросами, касающимися смертности. Необычное название и тот факт, что Пуссен выбрал для изображения сцену, не найденную в тексте Тассо, привели к столетиям дебатов о намерениях и источниках художника. На картине безжизненное тело Ринальдо поднимается двумя светящимися фигурами — наполовину ангелом, наполовину нимфой — в то время как поле битвы уходит в тень внизу.

Пуссен выбирает момент после последнего вздоха Ринальдо, запечатлевая напряжение между земным и божественным. Цепь на запястье Ринальдо, изображенная с холодной точностью, может символизировать как его пленение любовью, так и освобождение через смерть. Жесты похитителей — один с печалью смотрит назад, другой устремлен в небеса — приглашают зрителя задуматься о неоднозначности судьбы.

В отличие от более сентиментального Ринальдо и Армиды Гвидо Рени, видение Пуссена является строгим и философским, подчеркивая переход, а не романтику. Физическая история Похищения эвтаназированного Ринальдо так же загадочна, как и его тема. Хотя ранняя история картины неясна, в целом считается, что она попала в частную коллекцию во Франции к концу XVII века, прежде чем пройти через несколько рук в бурные времена наполеоновской эпохи. Ее атрибуция Николаю Пуссену никогда не подвергалась серьезному сомнению, хотя отсутствие подготовительных рисунков побудило некоторых ученых задуматься о вовлеченности студии.

Сегодня работа признается смелым экспериментом в зрелый период Пуссена, свидетельствующим о его готовности переосмысливать литературные источники и заниматься метафизическими вопросами своего времени.